В свою очередь музыкальное радиовещание, способность слушать музыку в «чистом виде», подготовило и следующую ступень — восприятие музыки в грамзаписи. Слушание в грамзаписи требует большей подготовленности, способности легко ориентироваться в излюбленных областях музыки, собственной инициативы и действия.

Приобретенный опыт трансляции, ведения передач из студий, а также появившиеся перспективы создавать собственные концерты из записанных на пленку произведений увеличивали вариативные возможности и сферу художественной созидательной деятельности радиовещания.

Даже консервация музыкальных радиопередач, применявшаяся вначале в утилитарных целях как возможность повторить концерт, обнаруживает другую свою сторону — она со временем воспринимается как художественный документ, сохраняющий все черты и свойства безвозвратно прошедшего.

Война более четко выявила еще одну особенность радио. Оказалось, что невидимые связи, существующие между теми, кто передает музыку, и теми, кто ее слушает, обладают силой исключительного эмоционального воздействия.

Вот характерный пример. В 1943 году партизанами Белоруссии во время одной из боевых операций была захвачена станция Чаусы. В ее помещении обнаружили приемник «Телефункен», и командир батальона отдал распоряжение настроить его на Москву. Вскоре бой вспыхнул снова — немцы кинулись в контратаку, «Напряженность боя возрастала,— пишет участник сражения.— И вдруг среди ночи, освещенной пожаром, в суматоху боя ворвались мощные, потрясающие душу слова:

«Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна,—

Идет война народная,

Священная война!»

Трудно даже вообразить, как это было неожиданно и кстати… Радиоприемник разносил вдохновенные слова и звуки…».

В блокадные дни Ленинграда радио стало единственным органом, в котором главным образом и билась духовная жизнь города. Голос города, звучавший избумажных тарелок репродукторов, был единственно привычным среди разрывов снарядов и артиллерийской стрельбы. В промежутках между передачами, словно пульс, раздавались звуки метронома — этого, казалось бы, вспомогательного и чисто технического прибора музыканта. Оркестр Ленинградского радиокомитета под управлением К. И. Элиасберга не прекращал свою работу в самые трудные, 1941—1943-й годы блокады.